пятидесятилетней давности, а Василия Фомича не умиление, не чувства нежные охватывают - ужас берёт. Видит он и понимает, по новому своему чутью, что фотокарточка-то - живого человека...
- Живая – выдохнул беззубым ртом Василий Фомич – Как же это!?

Как же это, как же это! – бормотал Василий Фомич, на кладбище возвращаясь. – Не было у нас фотокарточек-то, а то глядишь, увидал бы, на могилке-то. Да как оно увидишь-то... Я ж про дар свой не знал... Не знал, не знал, не знал.
- Да не уж-то...! – в голос воскликнул Василий Фомич страшное предчувствие – Да не уж-то...!

Пришёл он и спрятался в строжке. Попервой выходить даже боялся. Опосля вышел, и на могиле у Прасковьи сидел до сумерек. Думал всё, озирался – кладбище вокруг ухоженное, оградки рядком, дорожки аккуратные. У Прасковьи цветы лесные лежат… До ночи досидел. Хорошо, тепло было. Лето позднее. Василий Фомич с усталости, да от волнений на могиле заснул. Тут же, как повелось, к Прасковье переметнулся, молодым стал, но тревожность в нём вечерняя и там сохранилась. Сидит за столом угрюмый, всё помнит – про сельсовет, про фотокарточки – дрожит аж. В душе у Василия Фомича необъяснимое. Прасковья со двора в дом заходит, а он прямо так и говорит: – Ты живая что ли?

- Ты живая что ли? - спрашивает Василий Фомич Прасковью.

Та обмякла вся, выронила что-то из рук и тихо так говорит: – Живая, Вась. Лицо Прасковьи сразу осунулось, из глаз слёзы потекли, сама она слегка подсела и осторожно к мужу подходит, словно спугнуть боится.

А у Василия Фомича желваки гуляют. Поворачивается он к жене и чуть не криком:
– Так я тож живой, Прасковьюшка. Я же за тобой на кладбище ушёл. Уж сколько годков живу там, не помню даже. Как же это может быть?

Прасковья подсела рядом на лавку, слёзы вытирает, ласково мужа за плечо берёт: – Вась, и я тоже так. Тоже за тобой покойником.…Эх! Как же это?

- «И я тоже так» - передразнил Прасковью Василий Фомич и повёл плечом, отстраняя жену. – Я почём знаю!

Прасковья испугано отдёрнула руки и глубоко вздохнула... Помолчали чуток. Василий Фомич смотрел перед собой, и в голове его снова возникало кладбище – одинокое, пустынное его пристанище, кресты, кресты, кресты. Они постепенно таяли, расползались,

---

Далее »
« Назад
Страница: 1, 2, 3, 4, 5