хорош собой, раньше с ней он был знаком, как приятель. То есть, не мальчик какой из подворотни, не маньяк, не пьяный дембель. Думала Инна, думала, и придумала Колю соблазнить.

Она потом очень ругалась.

Красивый Коля оказался конкретным гоблином. На голубом глазу, вовсе не желая обидеть, он употребил во время прелюдии такие обороты, как «стань рачком» и «а у тебя п...а узкая?»

Она говорит: я ее не мерила.
А он: ну, ты же рожала!

Девочки, это только мы с Инной теряем всякое желание к сексу после крепких и искренних слов партера? Может, мы слишком того... ханжи? Потому, что я лично ее сразу поняла. Я тоже ненавижу брутальный словесный понос в койке. Дорогой, не описывай происходящее детально. Или знаками покажи, раз не знаешь слов «повернись» и «так вот тоже можно, да?»

Мальчики, а когда партнерша совершенно бесстыжая в лингвистическом плане, вам нравится, или коробит?

Короче - все у Инны падает, настроение тоже, а этот человек выпрашивает минет, ноет и клянчит... и когда она ему минет делает, потому, что заколебал, зануда... Внимание! Бадабабам! Фанфары! Он берет Иннку за уши и начинает помогать ей двигаться.

После подобной экзотики Инна должна была, видимо, Колю из постели изгнать. Но, как добрая женщина, ощущающая определенную ответственность за мужчину, которого она сама же и завлекла, Инна сделала вид, что все так и надо. Есть у некоторых женщин это совершенно излишнее чувство ответственности - через не могу.

Есть другая крайность. В живом журнале у писательницы Эллы Дерзай однажды явился Казанова, доказывающий, что нет лучшего слова, определяющего женский половой орган, чем «пиписечка». Я не знаю, как вы, уважаемая публика, а по мне - так лучше за уши.

---

« Назад
Страница: 1, 2